pARTal.by
Адрес в Интернет:
http://www.partal.by/publications/_eto_glupo_byt_malenkoy_22.html

Статьи

«Это глупо, быть маленькой страной и говорить: «Да плевали мы на Нью-Йорк»»

Андрей Дурейко

Андрей Дурейко

Услышав о том, что недавно я познакомилась с молодыми художниками из Беларуси, которые учились в Дюссельдорфской художественной академии, моя подруга — художница питерской выучки, много лет преподающая живопись в немецких художественных школах, спросила со скептической улыбкой: «И чему же их там учили, интересно?» Этот частный эпизод, конечно, не заслуживал бы никакого внимания, если бы не являлся симптоматичным, отражая широко распространенное в русскоязычной среде представление о безусловном превосходстве классической российской художественно-педагогической школы над художественным образованием Германии или вообще любой европейской страны.

Мой сегодняшний собеседник Андрей Дурейко относится к числу немногих людей, способных выступать в этом вопросе наиболее компетентными судьями. Ибо по окончании Минского художественного училища в 1991 году он два года проучился в Беларусской академии искусств, а потом шесть лет — в Дюссельдорфской художественной академии.

Вопрос: Андрей, как случилось, что ты оказался в Германии?

Ответ: По окончании художественного училища в Минске я оказался перед альтернативой: либо учёба, либо армия. Это были первые годы после перестройки, времена достаточно «мягкие». Тогда в Беларусскую академию искусств ещё могли «проскочить» и «проскочили» те, кого преподаватели называли «чужими», кто не соответствовал, по их мнению, якобы «академической» линии. Когда я поступил учиться, «чужие» были на всех шести курсах. Но тогда же началась и реакция. В короткий срок — в течение полутора лет — из академии исключили около 30 человек. Чистка коснулась всех уровней, начиная от преподавателей академии и заканчивая студентами художественного училища. В моей группе из шести человек осталось двое. Да и то они остались лишь потому, что больше нельзя было выгнать — в противном случае преподаватели остались бы без нагрузки и без зарплаты. Люди, доказавшие на сегодняшний день, что они могут представлять беларусскую культуру как актуальную и профессиональную, тогда были изгнаны как профнепригодные. И так как в Беларуси есть только одно высшее художественное учебное заведение — Беларусская академия искусств в Минске, — то нам не оставалось ничего другого, как уехать из Беларуси. Вопрос заключался только в том, куда именно.

В.: Кто все же был инициатором этой чистки?

О.: Инициатива исходила сверху. Прежде всего от В. Шаранговича, который был тогда ректором. Не от него одного, разумеется, а от всей «могучей кучки» — отделения графики. Вообще, тут приложило руку много людей. Однажды на радио «Свобода» я задал этот вопрос Алесю Марочкину. Сегодня он — сам жертва режима. Так вот, я открыто спросил его, не является ли он сам предтечей этого режима? Не начало ли руководство академии репрессии в культуре раньше, чем они начались на политическом уровне?

В.: Почему для продолжения учёбы ты выбрал именно Дюссельдорфскую академию?

О.: Ещё будучи студентом Беларусской академии, я находился под впечатлением идей Бойса. До сих пор я считаю гигантским достижением то, что он сумел сделать в рамках академии Дюссельдорфа: его значение как профессора, роль его социальной пластики, те судебные процессы, до которых он поднялся и которые выиграл. Бойс говорил: «Я хочу учить 100 студентов — и я могу их учить». Если он способен это делать — а он доказал, что может распространять своё влияние и на более широкий круг людей, — это его позиция, которую нужно принимать. Возможность дебюрократизации, роль художественного авторитета, имеющего право диктовать бюрократической машине правила свободного поведения художника в рамках учебного заведения, привлекали меня всегда. К тому же это была академия актуального искусства. 10 лет назад здесь работала настоящая звёздная команда профессоров: Кунелис, Мерц, Бюрэн, Трокель, Бэхэры, Волл, Ринке, Крэг. Я знал этих художников ещё в Минске, и они были для меня авторитетами.

В.: Обнаружил ли ты какие-то принципиальные отличия между обучением в Германии и в Минске?

О.: Да, конечно. Самое, может быть, главное отличие состоит в том, что в Германии я знал, у какого профессора я буду учиться. В Германии система художественного образования основана на изначальном взаимном доверии. Ты приходишь к человеку, который является для тебя авторитетом, и просишь его стать твоим учителем. Человек смотрит твои работы и говорит «да» или «нет». Тем самым между двумя людьми как бы заключается конкретный договор. В Беларуси же всё основано на анонимности. Ты поступаешь в какое-то учебное заведение, а кто там будет преподавать, этого ты не знаешь. Кого дадут, с тем и будешь работать. Всё.

Второй момент: я записался на отделение «свободное искусство». Для Беларуси это было какое-то абстрактное понятие, я сначала тоже не вполне понимал, что это такое. Немцам же всё было предельно ясно: искусство в принципе не является утилитарным. Здесь нет той примеси декоратизма, что можно наблюдать в Беларуси, где в последние десятилетия наметилась тенденция смешивать искусство с дизайном. Катастрофизм ХХ века, недостаток буржуазности, отсутствие традиции оформления привели к тому, что сегодня в Беларуси все хотят красоты. Можно добавить, всё ещё хотят. В то время как современное искусство скорее связано с понятием «правды». О правде же в Беларуси — в силу политических причин, но и не только — вообще не говорят. Это слово осталось только в заглавии газеты, да и то зарубежной.

Третья важная вещь связана с первой: обучение в академии Дюссельдорфа отчасти сохраняет связь с традициями средневековой мастерской. Одни профессора делают упор на практические занятия, другие — на теорию, диспуты или диалоги, так что самой по себе практической стороной изобразительности они не занимаются. Но в этом плане профессоров могут заменить мастера. Потому здесь нет декаданса. Если ты сам хочешь чего-то добиться, тебе предоставляется для этого достаточно возможностей. В Беларуси совершенно иная система. Здесь тебя якобы учат, говорят: «Ты учись, а потом, после академии, будешь творить». Я думаю, это совершенно неправильная установка, потому что у человека изначально искореняется дух самостоятельности. Очень не многие способны пройти сквозь эти жернова.

В.: Но нет ли здесь всё же перекосов? Нельзя ли сказать, что немецкому образованию недостаёт школы?

О.: Вообще, я скептически отношусь ко всем школам. Художник должен быть революционером. Сезанн говорил: «Все профессора импотенты». Он был революционером. Его авторитет для меня превыше всего. Всё остальное — дело социального окружения. Я думаю, что в данный момент западная система совершенно органична. В каждом городе, где есть учебное заведение, существуют как минимум 50 галерей и музеев, организующих выставки. А в больших мегаполисах, подобных Парижу или Лондону, их уже тысячи. Соответственно, актуальной информации столько… Я не думаю, что важны только школы. В гораздо большей степени художника формирует атмосфера.

В.: Как строится процесс преподавания в Дюссельдорфской академии?

О.: Методологии различны. Мой профессор Герхард Мерц два раза в месяц проводил коллоквиум, который начинался днём и завершался поздно вечером. Два, максимум три студента делали презентации своих работ, на примере которых детально обсуждались все нюансы. Другой профессор, Швеглер, находился в академии почти всегда. У него там была мастерская. К нему можно было зайти в любой момент, причём каждый понедельник ты должен показать ему то, что сделал за неделю. Швеглер — художник камерного характера, любил всякие почеркушки, рисунки, книжечки. Подготовительную работу он признавал даже в большей степени, чем что-то завершённое. Рабинович же, который уже не знаю сколько лет преподает в Дюссельдорфской академии, прилетал из Америки два раза в год. И всё. Но его класс, как ни странно, был не худшим. Далеко не худшим.

Идеальных образовательных систем не существует, и никто к ним не стремится — это открытое общество. Мой профессор говорил: «Художник всё время мысленно общается с художниками, причём чаще всего — с мёртвыми художниками». Общение — непосредственная вещь. Тебя интересует Микеланджело — через три часа ты в Ватикане. Тебя интересуют Бэкон — через два часа ты в Лондоне. Ты увлёкся американским минимализмом — пожалуйста, через 8 часов ты в Нью-Йорке. Беларусские художники практически лишены возможности общения с первоисточниками. И это ещё раз показывает, насколько вреден и опасен изоляционизм. Мы не страна индонезийских аборигенов, обладающих какой-то своей оригинальной культурой. Мы представляем часть европейской культуры. Поэтому искусственные границы — культурные, языковые — только вредят развитию искусства. И это гиперпроблема.

В.: Может быть, стоит уточнить? Какой тебе видится ситуация в современном беларусском искусстве и в чём именно ты видишь проблему?

О.: В Беларуси, по сути, сложилась система национальных кадров, воспитанных минской академией. Мне кажется, здесь нет ни одного преподавателя, который учился бы где-то ещё, хотя бы в другом городе. Разве что в Витебске. Все основные кадры местные. К тому же это круг беларусских графиков, что накладывает свой отпечаток. Недавно я посмотрел сайт «Подземки», где представлен целый срез современной беларусской культуры. Практически все — выпускники Беларусской академии искусств. Это очень грустная картина. Потому что ты видишь, что людей вогнали в определённое русло. Русло декоративного графизма, который так прочно сидит в человеческих головах, что ни о каком искусстве в собственном смысле слова не может быть и речи. Я это называю «бельгийской педофилией» в беларусском искусстве: взрослые мужики — скульпторы, монументалисты — рисуют каких-то куколок и девочек. Или котиков. Во Дворце искусств теперь регулярно проводится выставка «Мартовские коты», куда все беларусские художники, известные и неизвестные, считают за честь представить свои работы. И ещё свои фотографии с усами выставить. Очень несерьёзная выставка, но гигантского масштаба!

Третья тенденция — это сопли с обнажёнными фрагментами тел. Женскими — по преимуществу. Так работает кафедра монументального искусства. Сопли, а среди них голые бабы или даже их фрагменты, потому что женское тело целиком нарисовать не решаются. Беларусь превратилась в замкнутую страну, и художникам неоткуда браться. Новые художники рождаются в наших же семьях. Потому я прихожу на выставку, а там всё одни и те же фамилии. И картины одни и те же. Только имена другие. Ты вроде бы знал Сашу, а тут Вера. Или ты знал Марину, а тут Аня. В замкнутом пространстве происходит кровосмешение, а нужна свежая кровь.

О.: Как ты оцениваешь ситуацию с организацией художественной жизни? Изменилось ли что-нибудь с тех пор, как ты уехал из Беларуси?

В.: Я уже практически 10 лет не являюсь непосредственным участником художественного процесса на территории Беларуси. Потому я не могу выносить приговор. Но всё же я каждый год приезжаю, общаюсь с наиболее известными людьми альтернативного художественного круга, задаю одни и те же вопросы и часто слышу одни и те же негативные ответы, что стало ещё хуже, ещё менее интересно и т. д. С чем это связано, нетрудно объяснить. В те времена, когда мы здесь учились, в Минске было несколько реально работающих галерей актуального искусства. Теперь они исчезли. Отчасти потому, что не являлись коммерческими, не руководствовались законами западной экономической системы, а потому потерпели неудачу. Но не только поэтому, конечно. Сказалась и политическая ситуация. Тогда можно было говорить о реальном культурном процессе, который был открытым. Сегодня же положение дел принципиально изменилось. С одной стороны, капитализация превратилась в тему, выросло целое поколение людей, которые понимают роль финансового и материального факторов в изобразительной культуре, но, с другой стороны, конъюнктура в обществе изменилась. Поскольку общество обладает какими-то странными, патологическими тенденциями к закрытости, оно невольно производит патологический продукт. Отсюда эти куколки и котики. Это бросается в глаза даже при коротких визитах. К тому же беларусское общество не хочет знать современное искусство как таковое.

В.: Почему?

О.: Потому что оно находится под гнетом идей Ренессанса, идей «изящного» искусства («die schönen Künste»). А искусство уже давно не является изящным и прекрасным. Первая проблема — исчезли галереи. Вторая — исчезли кураторы. Как и большинство художников, они были автодидактами, либо их учили в ЕГУ. Но в Беларуси постоянно наблюдается тенденция к самокастрации, самоизоляции: было у нас приличное альтернативное заведение — нужно закрыть.

В.: А как ты объяснишь эту тенденцию?

О.: Постколониальной ситуацией, которая сказывается даже в языке, на котором мы сейчас говорим. Буквально сегодня я прочёл одну страшную, ужасную вещь. В Беларуси нет ни одного детского садика, в котором дети говорили бы по-беларусски. Когда родители проявили инициативу по созданию такого садика, министерство наложило запрет. Мы говорим о геноциде по отношению к беларусам, имея в виду также и то, что каждый третий-четвёртый беларус был уничтожен во время Второй мировой войны. Но этот геноцид происходил последние 300 лет, причём зачастую инициировался нашим восточным соседом.

Сегодня в Беларуси доминирует постколониальная пророссийская культурная политика. И эта политика контрпродуктивна во многих смыслах. Беларусская традиционная культура более изобразительна, нежели повествовательна, тогда как русское изобразительное искусство — актуальное — всё ещё находится под прессингом великой русской литературы. Весь московский концептуализм основывается на культуре передвижников и литературе. У беларусской же культуры не было возможности проявить себя в подобной форме, поскольку она традиционно находилась под давлением и влиянием русской и советской литературы. Потому пластический опыт в Беларуси гораздо более активен. Этот пластицизм представляется мне более ярким художественным языком, и, кстати сказать, он гораздо более востребован сегодня на Западе, чем, скажем, язык московского концептуализма.

В.: Но если всё связать, то получается, что молодым беларусским художникам и критикам просто необходимо хоть какое-то время поучиться за границей. Даже если их не выгоняют из Беларусской академии искусств.

О.: Абсолютно необходимо. Весь маршрут актуальной культуры лежит где-то между Лондоном, Парижем, Берлином, Римом, Нью-Йорком и обратно. Хотим мы этого или не хотим. На карте мира есть ещё 200 стран, но маршрут неизменно тот же. Пока. И, скорее всего, в ближайшие 25-50 лет ничего не изменится. Не нужно быть очень умным или очень глупым, нужно просто попасть в Нью-Йорк и понять, что в Челси в один вечер происходит больше культурных событий, чем в трёх странах — России, Украине и Беларуси вместе взятых. И это аргумент, которому нечего противопоставить. Глупо быть маленькой страной и говорить: «Да плевали мы на Нью-Йорк». Ты можешь плевать на что угодно, но только тем самым ты не изменишь круговорот дней и ночей.

Беседовала Алла Вайсбанд

В тексте использованы работы А. Дурейко
 
Журнал для тех, кто думает по-европейски. "Новая Европа"

Свежие комментарии / Все комментарии
Jim Harxmon
24.12.2018 04:05
2 person card games https://games.lol/card/
Илона
04.01.2019 22:35
Дарья
06.01.2019 21:22
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/roskoshnaia-kvartira-leonida-iakubovicha-5bbf63c52bd85700ae6146b1
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/godovscina-svadby-vnuka-pugachevoi-5bc5a99a3568bd00ad2618aa
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/bolshe-chem-liubov-natalia-podolskaia-i-vladimir-presniakov-5bc7acc8b3358100a919a5c0
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/kvartira-miti-fomina-v-moskve-5bc7b76ac0bf6300aaa945ef
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/semeinaia-usadba-nadejdy-babkinoi-5bca3c539a61e000aa8e662b
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/romantichnaia-semeinaia-fotosessiia-nikity-presniakova-i-aleny-krasnovoi-5bca46b9550f6f00ab7ae2b4
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/iubilei-vladimira-presniakova-5bd01cb864de8e00aa32dab6
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/anastasiia-stockaia-vpervye-pokazala-svoiu-doch-foto-5bd99bbeb098ea00a9cc45ea
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/korolevskii-osobniak-stasa-mihailova-5be326a07206df00aa1e481c
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/kvartira-lery-kudriavcevoi-5be41e6132060600aacdb586
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/kvartira-v-moskve-soso-pavliashvili-5beab75e71f3db00aaf9da05
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/shikarnyi-dom-lva-lescenko-5beac77471f3db00aaf9db0b
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/shikarnaia-villa-nikolaia-baskova-v-antalii-5bf690c2c366e400a98d2b64
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/zagorodnyi-dom-vlada-topalova-5bf7c61ce3445200a9d2f577
https://zen.yandex.ru/media/vipnews/kvartira-ally-duhovoi-v-moskve-5bf7cd8113b7d100aa9bbc8e

http://www.partal.by/forum/1095_11_p.html
Рафик
06.01.2019 22:42
https://zen.yandex.ru/media/onenews/dom-valeriia-leonteva-na-beregu-moria-v-ispanii-5b1a37648c8be3f81e7f350e
https://zen.yandex.ru/media/onenews/shikarnaia-svadba-v-venecii-leonida-agutina-i-pevicy-anjeliki-varum-5b1e2262dd2484e9146f14e9
https://zen.yandex.ru/media/onenews/vy-videli-jenu-valeriia-leonteva-vot-ona-jenscina-kotoroi-on-veren-okolo-40-let-5b2629995a1a0800a854113c
https://zen.yandex.ru/media/onenews/alla-pugacheva-i-maksim-galkin-na-dne-rojdeniia-docheri-kompozitora-igoria-nikolaeva-5b2b8ac0b0e6cf00aaa5d54f
https://zen.yandex.ru/media/onenews/lolita-miliavskaia-s-mujem-i-dochkoi-pokoriaet-podium-5b2e3a5868629d00a93fe1e9
https://zen.yandex.ru/media/onenews/shikarnyi-tanec-kristiny-orbakaite-na-svadbe-syna-5b4a73fb601a5300a8ee5d28
https://zen.yandex.ru/media/onenews/syn-kristiny-orbakaite-zajigaet-v-tance-s-mamoi-video-5b54a22e5e976b00ae585034
https://zen.yandex.ru/media/onenews/v-dome-kristiny-orbakaite-podrastaet-malenkaia-alla-pugacheva-5b644696c5471a00a99a465f
https://zen.yandex.ru/media/onenews/alla-pugacheva-i-iumorist-maksim-galkin-pokazali-luchshie-foto-s-otdyha-2018-5b69a2c1bf9fcb00a8ca08cd
https://zen.yandex.ru/media/onenews/maksim-galkin-pokazal-allu-pugachevu-na-kuhne-5b69adcf264ebb00a805cedc
https://zen.yandex.ru/media/onenews/alla-pugacheva-pokazala-svoi-shikarnyi-dom-v-podmoskove-5b6dd72f01d26900aaf7bf63
https://zen.yandex.ru/media/onenews/roskoshnyi-interer-kvartiry-pevicy-gliukozy-i-ee-muja-oligarha-5b72cfb69d5d4500a95ffc04
https://zen.yandex.ru/media/onenews/horomy-ksenii-sobchak-v-iurmale-5b7536a0b541cb00a9cc89ed
https://zen.yandex.ru/media/onenews/nedvijimost-sofii-rotaru-v-krymu-5b76aada6d25be00a8d0b2b8
Артур
10.01.2019 13:20
   Логин:   Пароль:    Регистрация , Забыл пароль?
Автор (незарегистр.):

Заполните поля 'Автор' и 'Сообщение', а затем нажмите 'Добавить'.
Или зарегистрируйтесь, если Вы планируете постоянно участвовать в обсуждениях.
Сообщение:

Туристический брэнд Беларуси в действии

Все статьи | февраль 2010 | май 2009 | июль 2007 | февраль 2007 | июль 2006 | июнь 2006 | апрель 2006 | октябрь 2005 | сентябрь 2005 | июль 2005 | июнь 2005 | май 2005 | апрель 2005 | январь 2005




© 2006-2019 pARTal.by
Перепечатка разрешена при условии публикации активной ссылки на портал. По всем вопросам и предложениям обращайтесь на art@partal.by